Слово пацана. Кровь на асфальте

Андрон постоянно был тем, кого в округе именовали чушпаном. Он не устремлялся выделяться, но также не хотел быть в тени. Ежедневно, мимоходно регионального сквера, он наблюдал за гопниками, какие приказывали себя так, словно согласий относился исключительно им. Их уверенность и свобода притягивали, а явный Андрея они гляделись знаком подлиннее жизни. Спустя одной из встреч с нормальным пацаном, некоторый известил о своих похождениях и жизни без страхов, Андрон понял, что устал от своей сероватой рутины. Он хотел изменений и пьян был рискнуть. Постановление войти в банду наступило не сразу. Первоначально он сомневался, стоит ли оставлять обыкновенный характер жизни из-за подозрительных компаний. Но каждый день, надутый в раздумьях, исключительно усиливал его желание. Напоследок концов, он подошёл к детям изо аборигенной сортировки и, сконцентрировавшись с духом, озвучил своё намерение. Гопники, предварительно недоумевавшие, проворно поставили его решимость, и Андрон почувствовал, как в сиськи зажигается огонь. Было это его первое чувствование силы, и он пьян был направляться пред конца. Вступив в банду, Андрон повстречался с реальностью, о какой раньше исключительно слышал. Он узнал, какой статусом и почтением стоит не столько смелость, однако и умение разгадывать конфликты, удерживать своих не остерегаться последствий. Ежедневно останавливался испытанием, но с всяким свежеиспеченным шажком он ощущал, будто его старый я постепенно покидает в тень, уступая пространство свежеиспеченному - больше авторитетно и категорически понастроенному Андрею. Сегодня он сложно чушпан, а гопник, некоторый пьян защищать свои кругозоры и защищать своих свежеиспеченных друзей, и это придаёт ему силы, о которых он даже не мечтал.